Для тех, кто знает ее только по телевизионному экрану, она — мягкая, не изменяющая себе певица, которую любят давно и многие. Для тех, кто ее окружает, — требовательная и решительная дама, в погоне за совершенством загоняющая и себя, и других до изнеможения. Но и для тех, и для других она вот уже 30 лет — "миссис совершенство". Оказывается, наше интервью совпадает с 30-летием творческой деятельности Софии Ротару. "Может, отложить? - советуемся в редакции. - И так все ринутся писать". Но L`OFFICIEL - не "все", да и писать мы собираемся о моде в жизни этой выдающейся певицы. Закончена фотосессия, в сотый раз обсуждены вопросы с PR-менеджером красавицей Светланой (наверное, "звезду" должны окружать только такие лица), и мы едем домой к нашей героине. Просторная гостиная - только диван и телевизор - располагает к беседе. "Тридцать лет, тридцать лет..." - крутится в голове. Значит, вся моя сознательная жизнь прошла с ее песнями. Тут же всплывает картинка из детства - бабушкина квартира, сама бабушка, вяжущая что-то пушистое, звук работающего телевизора и бабушкин голос: "Ирочка, иди скорее. Ротару!". Прибегаю, сажусь на ковер, и мы слушаем песни и обсуждаем каждый цветок, каждую складку ее нового платья. Из задумчивости меня выводит появление самой Софии Михайловны. Она присаживается рядом, наши взгляды встречаются, и я понимаю, что никакого разговора "только о моде" не будет. Самое первое и яркое ощущение - это человек с "корнями", с родиной, с прошлым, которое не брезгливо забыто, как это часто бывает у достигнувших чего-то, а трепетно сохранено. Мама, родное село, народные песни, национальные костюмы -вопреки всем планам начинаем говорить именно об этом. У Софии Ротару до сих пор бережно хранится вышитый мамой костюм для первого в жизни выступления. Все знаменитые платья, в которых она взлетела на эстраду в семидесятых - отделанные народными умелицами, кстати, там же на Буковине, бисерными орнаментами, пушистыми "китицями", аппликациями, - ждут своего часа, чтобы стать экспонатами.

"Не музея, не выставки, - певица ищет слово, - быть может, студии, где я выставлю все эти концертные костюмы, где будут звучать песни, которые я в них исполняла. Думаю, будет много людей, пришедших туда с удовольствием".

Тогда, в семидесятых, появление на сцене хрупкой черноволосой молдаванки в платьях в национальном стиле не было ни особым продуманным "ходом", ни сложной политической игрой.

"Практически с детства и даже в музыкальном училище я исполняла в основном народные песни и, естественно, в национальных костюмах. Этот стиль не был для меня чем-то искусственным. Он был мой. К тому же, в основе песен Володи Ивасюка, с которых началась моя песенная карьера, лежит как раз самобытный народный мелос. Тогда все сложилось - современная музыка с народными корнями, стилизованный, но все же народный костюм, моя манера исполнения. Все было свежо, необычно, оригинально - и сразу запало в души".

Появлялись новые песни, с изменением репертуара приходили и новые сценические решения. Неизменным правилом было одно: и костюм, и прическа, и аксессуары всегда подчинены песне, главное - гармония между певицей, песней и образом. Об этом они долго говорили с Лилией Пустовит, когда начинали работать вместе.

"Лиля очень талантливый и известный дизайнер. Мне нравится в ней то, что она, прежде чем приступить к работе, детально знакомится с моей программой. Мы долго обсуждаем ткани, говорим о том, что в костюме должно быть удобно "работать" - я много двигаюсь по сцене - и что каким бы стильным и современным ни был мой наряд, в нем должны быть какие-то народные элементы: пояс, бусы, вышивка".

К слову, они шли к совместной работе почти год. Зная о предстоящем интервью, я, конечно, встретилась с Лилей.

"Сначала было не просто. София Михайловна была очень осторожна. Это нормально, ведь у нас разные предпочтения в моде. Но когда мы почувствовали, что понимаем друг друга, что София Михайловна, как и я, больше всего ценит что-то настоящее, что у нас схожи общечеловеческие ценности - нам стало легче. В ней нет ни грамма вульгарности, пошлости. Я очень ценю в ней умение четко расставлять акценты; она с первого взгляда может понять, как это будет на сцене. У нее огромный опыт, и все же каждая примерка - это тест на то, как будет выглядеть костюм при таком повороте или в таком движении. Мы отдаем предпочтение одним и тем же цветам, и обе любим натуральные ткани (особенно - тяжелый натуральный шелк). Работать, конечно, не просто, но очень интересно".

С одной стороны - у нее не "звездный" характер: ни капризов, ни ультиматумов, ни истерик за все эти годы от нее не слышал никто. С другой стороны, она настоящая, любящая черный, красный и белый цвета "Львица" - чрезвычайно требовательна, очень пунктуальна и прекрасно организована. Особенно в последние годы. Болезнь мужа - не просто мужа, а друга, советчика, продюсера, главного цензора, музыканта, приведшего ее из народной песни на эстраду, человека, все эти годы находившегося рядом, - поселила грусть в глазах, закалила ее "львиный" характер и еще больше сблизила с сыном, невесткой, внуками.

"Руслан и Светлана - мои самые надежные консультанты. Они вообще мне очень много помогают. Руслан следит за модными течениями в музыке, а Светлана - за всем, что касается одежды, парфюмерии. Без их помощи мне было бы очень трудно за всем угнаться".

К разговору присоединились сын и его жена.

"Мама на сцене - другой человек. Там все подчинено одной цели - выступление должно быть самым лучшим. Она может быть резкой, несдержанной, но всегда - справедлива. Наверное, поэтому никто не обижается. Вне сцены, в семейном кругу, она гораздо мягче, снисходительнее, многое прощает...".

Светлана подхватывает тему, помогая вернуться из плена захлестнувших меня эмоций к цели разговора:

"Добрее, мягче... Даже вещи любит вне сцены мягкие и добрые - свитера, джинсы, кроссовки. Тем более, что отдыхает она по-настоящему только на природе. Из фирменных вещей предпочитает John Richmond и Gabriele Stehle (марка "Strenesse"). Ну, конечно, и Лилию. Главное, чтобы все было качественным, настоящим".

Ловлю себя на мысли, что именно это мнение о певице слышу постоянно от разных людей. Наверное, Лиле Пустовит удалось сформулировать его наиболее точно:

"Она - перфекционистка! Казалось бы, столько лет на сцене, можно бы что-то сделать и "на четверку", но она не такая. Она во всем добивается безупречности".

Ирина Данилевская, журнал "L'OFFICIEL", Украина, декабрь 2001-январь 2002.